gem-in-i (gem_in_i) wrote,
gem-in-i
gem_in_i

Categories:

Про мужчин-охотников

Сделала перевод маленькой главки из научно-популярной книжки Craig Stanford "The Hunting Apes: Meat Eating and the Origins of Human Behavior"

Оригинал вот тут ближе к концу после заголовка Man the Hunter: http://press.princeton.edu/books/stanford/chapter_2.pdf

Как известно, в английском man - это и мужчина, и человек. Автор старался использовать слова human и male там, где могла быть путаница. Я переводила соответственно.

_______________________________

Мужчина-охотник

В 1966 году полсотни антропологов, которые изучали жизнь традиционных племен собирателей, встретились на конференции в Чикаго для обсуждения представлений о мире охотников и собирателей. Судя по всему, самой передовой научной теорией, которая появилась на этой конференции, стал вывод о том, что важность мяса в питании племен собирателей была преувеличена. По иронии, именно после этой конференции стала известна и получила огромное влияние концепция "мужчины-охотника". Шервуд Вошбурн, наиболее известный и авторитетный биологический антрополог тех дней, и Чет Ланкастер опубликовали статью "Эволюция охоты". Она объясняла, как и почему человеческий мозг увеличился в три с половиной раза от зари человечества до наших дней. Вошбурн и Ланкастер заявили, что "наш интеллект, интересы, эмоции, и основы социальной жизни – все это эволюционные продукты успешного приспосабливания к охоте". Они ссылались в основном на наших наиболее близких предков в Плейстоцене. С их точки зрения, охота на диких зверей была одним из основополагающих факторов человеческого существования. Однако они заметили, что в традиционном обществе при добыче мяса у мужчин и женщин были разные роли. Мужчины, согласно Вошбурну и Ланкастеру, охотились, в то время как женщины занимались собирательством. Этот взгляд отдает мужчинам важную роль в добыче высококачественных питательных веществ и калорий, которые используются в их семье. Охота требовала коммуникации и кооперации охотников. Это повысило ценность интеллекта и коммуникативных способностей в эволюционном процессе, поскольку и то, и другое требовалось, чтобы успешно выследить и настигнуть потенциально опасную добычу. Мужчины этим занимались, а женщины – нет. Более того, Вошбурн и Ланкастер связали глубокую любовь человека к охоте с одинаково глубокой любовью к войне и к агрессии вообще. То, что охотились, воевали и проявляли агрессию в основном мужчины, укрепило мысль о том, что у мужчин есть естественное право на привлекательную роль хитроумного добытчика, поставщика мяса и завоевателя в человеческом обществе. С тех пор теории эволюции человечества фокусировались на мужской деятельности, а не на женской, как на ядре человеческих способностей к приспособлению.

В принципе, была озвучена эволюционная логика, основанная на концепции мужчины-охотника. По аналогии с поведением традиционных собирателей использовалась модель когнитивной эволюции, которая подразумевала, что фундаментальные изменения в анатомии человека и в поведении осуществляются только у одного пола – у мужчин. Тем не менее, во многих известных случаях возникает генетическая связь, называемая плейтропным эффектом, когда один пол демонстрирует черты, которые естественный отбор совершенно очевидно выработал только для другого. Жирафы-самцы используют шеи, чтобы бороться за самок, скручиваясь и сталкиваясь друг с другом в борьбе за доминирование. Чем длиннее шея у самца, тем больше успеха в спаривании, несмотря на то, что у длинношеих самцов наблюдается более высокая смертность из-за хищников, чем у жирафов-самцов поменьше. При прочих равных естественный отбор поддержит короткие шеи. Но длинные шеи есть не только у жирафов-самцов. Из-за плейтропных эффектов самки тоже обладают длинными шеями. Точно так же у ранних гоминидов мозг увеличивался у обоих полов, даже если охотились за мясом только мужчины.

В случае с концепцией мужчины-охотника интеллектуальные ставки были выше, поскольку речь шла об истоках взаимоотношения между полами, а не о длине шеи у жирафа. Последовала яростная реакция научного сообщества, и ее влияние прослеживалось еще долго. Многие антропологи возмутились предположением, что отличительные черты наших предков оформились путем естественного отбора на основе мужских когнитивных способностей, а женщины просто усвоили некоторые генетические связи. Антропологи Адриен Зильман и Нэнси Таннер отметили, что в некоторых традиционных обществах, которые восхваляют роль мужчины-охотника, до 85 процентов белков животного происхождения семья получает вообще не от мужчин, а от исполняющих менее привлекательную роль женщин, которые добывают орехи, клубни и мелких животных. Согласно антропологическому сообществу, в концепции мужчины-охотника ролью женщин пренебрегают, отчасти из-за гендерной политики научного прогресса, а отчасти из-за недооценки женщин в добыче.

В самой большой кросс-культурной базе данных, которая существует, исследование 179-ти сообществ на тему разделения труда в группах людей показало, что мужчины охотятся в 166-ти сообщества; оба пола, и мужчины, и женщины – в 13-ти; нет ни одного, где охотились бы только женщины. С другой стороны, женщины выступают как основные собиратели растительной пищи в двух третях сообществ. Таким образом, тот факт, что среди охотников преобладают мужчины, а в собирателях – женщины, не подлежит сомнению. Но антропологи обнаружили, что, несмотря на то, что мужчины охотились, зачастую они не могли поймать достаточно добычи, чтобы обеспечить семью пищей, и эта задача ложилась на плечи женщин. Мужчины могли убить одного жирафа и рассказывать об этом вечерами у костра в течение года, пока не убьют следующего. В реакции на концепцию мужчины-охотника потерялся тот факт, что мясо не было ценным источником питательных веществ, но высоко ценилось в большинстве человеческих сообществах, включая сообщества собирателей.

Отрицательная реакция на концепцию мужчины-охотника пронизала все антропологическое сообщество. Оно способствовало переоценке полевых методов изучения приматов. Как правило, наблюдатели обращали больше внимания на поведение самцов, а не самок, поскольку самцы часто смелее и поэтому более заметны. Когда признали, что женщины тоже играют ключевые роли в жизни приматов, практика наблюдательной приматологии стала более систематизированной. Позднее в развитие теории прояснилось, что часто самки, а не самцы, находятся в центре структуры системы спаривания. Реакция на концепцию мужчины-охотника в итоге привела к тому, что археология стала обращать внимание на пол в исследованиях, и выяснилось, что роль женщин в ранних человеческих сообществах долгое время игнорировалась в пользу более заметной роли мужчин. Каменные инструменты для разделки туш сохранятся среди окаменелостей, а орудия собирательства, сделанные и используемые женщинами, могут не сохраниться. Женщины, несомненно, выполняли критически важные задачи в древности, и круг их деятельности имел заметное влияние, что выходит далеко за рамки той роли, которую отдавало им археологическое сообщество (в основном – мужское) в течение многих десятилетий. Сегодня археологи относятся к провалу предыдущего поколения ученых в определении роли женщин как к "палеонтологическому стеклянному потолку".
________________________

Если найдете проблемки в переводе, дайте знать.
Subscribe

  • Орнитология с утра

    Проснулась от странного бряцанья. Обнаружила, что мелкий поползень протиснулся в щель и засел между двумя оконными рамами. Пространства размахнуться…

  • Лаборатория алхимички

    Для тех, кто еще не видел, мое последнее хобби — миниатюрная комната. Чтоб посмотреть фотографии в нормальном размере, откройте пост отдельно. Если…

  • Devil's Lake

    Попадая в это место я забываю, что я хреновый пейзажный фотограф. Камеру с собой перестала брать — не помогает. Телефон все равно есть.…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments